Евгений (zydog) wrote,
Евгений
zydog

Петербургу – пятьдесят!



Небольшой «исторический» пост, посвященный совсем недавно отпразднованному дню рождения Санкт-Петербурга. Но речь пойдёт не про нынешний, 312-й ДР, а про дела дней давно минувших. Вспомним сегодня один из подарков городу на пятидесятилетний юбилей!

Петербург в 1753 году



Подарком на юбилей озаботились заранее – распоряжение правительства Елизаветы Петровны об изготовлении «парадного портрета столицы» вышло чуть ли не за десять лет до юбилея, в 1746 году. Поручена эта ответственная задача была Академии Наук (до появления Академии Художеств ведавшей ещё и изобразительными искусствами). Академики нахначили ответственное задание талантливому подмастерью Михайло Махаеву. Таланта у него было предостаточно, а вот опыта – пока ещё не очень, поэтому помогать подмастерью приставили итальянца Джезеппе Валериани. Который, помимо общего руководсва, должен был научить Махеева техникам черчения архитектурных перспектив.

Тут надо отдельно отметить, что в те времена перспективы рисовали уже не «на глазок», а с помощью специальной техники, так называех камер-обскур. Камеры по своему устройству очень похожи на современные фотоаппараты, присутствует объектив и тёмный объём, а вместо фотпластины/плёнки/матрицы в камеры использовалось обычное стекло, к которому «снимающий» прикладывал лист бумаги. На просвет получалось вполне отчётливое перевёрнутое изображение, которое оставалось обвести. В XVIII веке подобные камеры были весьма распространены и существовали в самых разных вариантах – от компактных, размером с книгу (для путешествий или скрытной фиксации происходящего), до настоящих монстров, внутри которых помещались стол, стул и, собственно, сам художник. Разумеется, больший габарит камеры-обскуры позволял получить и больший размер изображения, что Махаеву и Валериани для поставленной задачи было чрезвычайно важно. Поэтому для создания первых набросков они использовали как раз камеру огромных размеров, перемещаемую с помощью солдат, подмастерьев или учеников Академии. «Носильщиков» даже немного жалко – ведь «съемка» (процесс зарисовки в камере-обскуре назывался тогда так же, как и современное фотографирование) производилась обычно с крыш или специально построенных помостов высотой в несколько метров. Впрочем, сохранились сведения о более чем достойной оплате этого непростого труда.

Принцип действия камеры-обскуры наглядно. Художник прямо внутри камеры обводит перевёрнутую проекцию происходящего снаружи

Но вернёмся к нашим художникам. Процесс превращения хмурых видов Петербурга середины XVIII века в виды альбомные выглядел следующи образом:

  • Выбиралась «перспектива», содежащая узнаваемые достопримечательности

  • С руганью и Божьей помощью камера-обскура устанавливалась рабочими на ближайшую высокую точку (крышу или сооружённые для этой цели мостки)

  • Махаев залезал в камеру и делал эскиз «чорный, через инструмент на бумагу нарисованный»

  • Эскиз демонстрировался Валериани, который частенько отправлял Махаева на второй/третий/сколько потребуется круг

  • Следующим шагом был «белый» вариант. На этом этапе здания обрастали деталями, которые Махаев и его помощники рисовали по чертежам и планам, специально доставленным из Канцелярии от строений

  • Получившуюся картину снова демонстрировали Валериани, который намечал места, на которых требовалось изобразить «крупный стаффаж» - корабли, кареты и пр.

  • В последнюю очередь на рисунок наносились уже люди и прочая «мелочь». Такой подход открыл для художников пространство для вольностей в изображении городской жизни – они сначала рисовали город - строгий, величественный, горделивый, с широченными проспектами, реками и каналами. А потом, созвучно ритму, образу нарисованного города, вписывали туда его жителей, таких же строгих и упорядоченных. Это особенно хорошо видно на изображении Невского проспекта – люди, экипажи, даже лодки в Фонтанке двигаются строго по прямым линиям, и так же строго параллельно или перпендикулярно друг другу. Реальная городская жизнь того времени была куда как более беспорядочна и хаотична...


Невский проспект и Аничков дворец. Перпендикулярно-параллельных людей очень хорошо видно

После нанесения всех деталей предстоял сложный и ответственный этап – превращение рисунка в гравюру. У Махаева руки росли откуда надо, и он в этом этапе активно участвовал, а именно собственноручно наносил основные линии архитектуры. Далее работали уже мастера-гравёры, а оценивал работу мастер Академии Наук Иван Соколов. После замечаний и правок Соколова на гравюру наносились подписи (на русском и франзуцском языках) и она была готова к печати.

Работы были завершены в срок, и в мае 1753 года императрице Елизавете Петровне был продемонстрирован окончательный результат - "План столичного города Санктпетербурга с изображением знатнейших оного проспектов, изданный трудами Императорской Академии наук и художеств в Санктпетербурге 1753 года". Альбом императрице очень понравился, практически сразу был заказан дополнительный тираж, подаренный иностранным послам и крупнейшим западным библиотекам. В Европе, как и в России, альбом имел огромный успех, рисунки из него копировались, переграфировались, репродуцировались на большой и малый формат... Но самым гланым показателем триумфа, на мой взгляд, стало то, что копии именно этих рисунков очень долгое время использовались в качестве иллюстраций к иностранным трудам и сочинениям о России. Предлагаю и вам взглянуть на Петербург таким, каким его видели в XVIII веке!




Вид на Неву в сторону Финского залива. Это уже одна из раскрашенных копий, снятых с оригинальных гравюр


Вид на Неву в сторону Петропавловской крепости


Летний Дворец Елизаветы Петровны. Сейчас на этом месте находится Инженерный замок




Гостиный Двор. Тогда ешё - на Васильевском острове!


Ещё один пример раскрашенной копии. Фонтанка, а справа Летний Сад и недошедший до нашего времени павильон "Грот"



И небольшой бонус напоследок. В процессе подготовки поста наткнулся на более поздние работы Махаева, которые сначала принял за часть юбилейного альбома. Но потом присмотрелся к датам гравировки (гравёры тоже оставляли свой автограф, в около левого нижнего угла рисунка; ссылка на изображения в крупном разрешении в конце поста), разглядел дату 1761. Это уже из альбома "Виды С.-Петербургских окрестностей", выполненном Махаевым в том же стиле. "Не пропадать же добру!" - подумал я и решил оставить их в посте:

Ораниенбаум


Петродворец


Царское Село, Екатерининский Дворец


Охотничий павильон, Царское Село


Эрмитаж, Царское Село

Пост подготовлен по материалам книги «Санкт-Петербург. Образы пространства» Г. Каганов
Изображения в более высоком разрешении лежат в альбоме на Яндексе

Подписывайтесь на журнал, ставьте лайк, рассказывайте о блоге друзьям!



Tags: 1753, 1761, Санкт-Петербург, история, культура
Subscribe

Posts from This Journal “история” Tag

  • 313

    У Петербурга сегодня праздник, а я опять без подарка. Ну ничего страшного, в прошлом году такой сочный пост написал, что не стыдно и повторить :)…

  • Загадочный зверь в Ленинграде 70-х

    Удивительно, но даже малочисленное, но экспертное сообщество auto_daily не смогло опознать красавчика в центре кадра. Может, среди моих…

  • Дамба, 1984

    Вот нравится мне разглядывать старые фотографии! Но я лентяй, смотрю только то, что есть в Интернете, а есть замечательные люди, которые не только…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 22 comments